Оказывается, у Морриса была выходная одежда, только он никогда ее не надевал. Я первый нарядился в залежавшийся костюм Морриса. И что за костюм!

Длинный сюртук, белая сорочка со стоячим воротником, бабочка, узкие голубоватые брюки и модные туфли с задранными носами. Прибавьте к этому шляпу с лентой и тросточку. Да, тросточку! Моррис настоял, чтобы я ее взял.

Сам он вырядился в ту же куртку и неизменный картуз, делавшие его похожим на подмастерье.

Желтый закат опустился на поля Черной Розы. Он был как сок апельсина, который налили в сады до самого неба. Вечером цветы и деревья раскрывают свои поры. Запах магнолий, сассафрасов, ириса, жасмина подушкой накрыл примолкший умиротворенный Гедеон.

Вечером на галерее Бланшаров собираются гости. Здесь подают чай с бисквитами, сиропы и домашнее пиво, настоянное на разных кореньях и сосновых иголках. Угощение идет в две очереди.

Сначала развлекается молодежь, а часам к десяти наезжают солидные плантаторы, чтобы провести ночь за игрой в карты.

В легких плетеных креслах на галерее уже сидели Люк Чартер, его приятель, девушка и, конечно, сама хозяйка Мари Бланшар. Мы застали конец таинственной страшной истории, которую рассказывала девушка:

– В этот момент он прицелился, раздался выстрел и, ах! – Тут рассказчица поднялась с места. – Голубка упала на землю! Он подбежал и увидел…

– Я знаю, это была не голубка! – выкрикнул Чартер.

– Ах, не мешайте, мистер Чартер, – сердито сказала Мари, – всегда вы путаетесь. Кто же это был, Дейси? Так страшно.

– Это была она, его возлюбленная…

– Ох, несчастный!

– А я знаю историю почище, – сказал Чартер.

Тут нас заметили.

– Смотрите, мистер Аллен и еще кто-то. Идите сюда, мистер Аллен! Кто это с вами? Сначала меня не узнали.

– Майк, – сухо представился я.

– Послушайте, – удивленно сказала Мари Бланшар, – вы как две капли воды похожи на того Майка, который сидел у нас на дубе.

– По правде сказать, я тот самый Майк и есть.