Тут Моррис неторопливо спустился из будки и сказал:

– Сегодня не поедем.

– Почему? – изумился плантатор.

– Я передумал.

– Но ты же согласился, Моррис! – воскликнул начальник станции.

– А теперь передумал, – повторил Моррис, вытирая руки паклей.

Как его ни уговаривали, он согласился ехать только утром. В восемь часов утра – ни раньше ни позже. Таков уж был Моррис Аллен.

Глава 4.

У Бланшаров

Моррис Аллен оставался загадкой всей линии от Гедеона до форта Клера, а может, и до самой Короны. Он мог зарабатывать большие деньги, но не делал этого.

В его контракте с компанией сказано, что грузы он берет по своему желанию, а где и сколько стоит «Пегас», никого не касается. Иногда он накатывал сотни миль без единого фунта, и никто не знал, для чего.

Моррис зарабатывал на «Пегасе» ровно столько, чтобы расплатиться с компанией за пользование рельсами и депо. Но чаще «Пегас» стоял на открытом воздухе, и только когда случалась серьезная поломка, в клапанах, например, или насосах, Моррис загонял его в «коровник» и платил механикам компании.

Его звали Лентяй Моррис. Гудок «Пегаса» знали все фермеры Черной Розы, Подметки и даже Красного Каньона, хотя туда Моррис заезжал не часто.

Каждый машинист старается, чтобы гудок его паровоза отличался от других. Но у «Пегаса» самый необычный гудок. Он сделан из шести трубок, одна другой меньше, а в каждой есть клапан. Когда Моррис подает пар, гудок играет ти-та-та, и эту мелодию любят негры и белые.

Вечером того же дня мы появились у Бланшаров. Я бы ни за что не пошел туда, откуда меня выгнали, как бродяжку, но Моррис обрядил меня в такой костюм, что никто бы не устоял на моем месте.



14 из 170